Беседа Саввы Ямщикова с Валерием Шевчуком для газеты «Ведомости Пятница»

Марина Фадеева – М.Ф.
Савва Васильевич Ямщиков – С.В.
Валерий Андреевич Шевчук – В.А.
Помощник Роман – п. P.

Интервью,
данное руководителем “Москомнаследия” В.А. Шевчуком
корреспонденту «Ведомости Пятница» Марине Фадеевой
с участием С.В. Ямщикова

В.А. – У него огромное количество разной информации, и я боялся, чтобы у нас не получилось так, как получается обычно, когда наши коллеги говорят одно, а мы говорим другое, и мы друг друга не слышим. Поэтому в режиме общей дискуссии мы должны в результате прийти к некоему согласию, да, и к пониманию ситуации. Во-первых, я просто хотел сказать, что Москва вообще очень много сделала художникам, которые работают в этом городе, и не только художникам. Огромное количество помещений. Сколько?
п.Р.: – более… около 250 тыс. кв. метров.
В.А. – Около 250 тыс. квадратных метров в Москве передано под размещение художественных мастерских. Часть из этих помещений находится у нас на балансе и передана художникам в аренду от нас. Какие это объекты? Это Кузнецкий Мост, дом 11, строение 1 (там у нас располагается выставочный центр). Это Пречистенка, дом 32/1, строения 2 и 7, где как раз уважаемый господин Ямщиков располагается. Это Старосадский переулок, дом 5/8, строение 2, 4, 5, 5а, 6. Это Яузская, дом 1/15, строение 2, и Николоямская, дом 51, строение 4. Мы неоднократно встречались с руководством Московского Союза Художников. В чем изначально вообще была проблема? Проблема заключалась в том, что Московский Союз Художников арендовал помещения не сам, а через ООО «Центр хозяйственного обслуживания Московского Союза Художников», и все мастерские уже дальше заключали договор соответствующей субаренды непосредственно с каждым из художников. Теперь по существу вопросов. Когда мы сдавали помещения в аренду этому ООО, расчет был произведен в соответствии с той методикой, которая была утверждена еще в 1997 году. В соответствии с ней…
п.Р.: – арендная плата была по 3025 рублей за квадратный метр в год, а по некоторым помещениям, например, Пречистенка, дом 32, два строения (до 2008 года) – так вот, ставка арендной платы по всему строению 2 была восемьсот с чем-то рублей, а по другому – девятьсот рублей за все здание.
М.Ф. – Да.
В.А.: – Как дальше сдавал в субаренду ООО «Центр хозяйственного обслуживание Московского Союза Художников», это был не наш вопрос. В прошлом году вышла небольшая нестыковка, потому что получилось так, что мы сдавали по одной цене – та, которая утверждена в соответствии с распоряжением Правительства Москвы, а я так понимаю, там были какие-то другие арендные отношения. В прошлом году мы все это урегулировали, но, однако, при этом мы заострили внимание Союза Художников на двух проблемах. Первая проблема – это состояние зданий-памятников, в которых располагаются художники. И вторая проблема – это коэффициент полезного использования зданий. Теперь по существу… Начнем, наверное, со второй проблемы. Где справка о коэффициенте полезного использования? Где она?
п.Р. – Сейчас, секунду.
В.А. – Я просто готовлю этот вопрос. Вот она, вот вам справка по коэффициенту полезного использования. Кузнецкий мост, 583. У нас там часть площадей – не наши в аренде, а в безвозмездном пользовании. Все, которые у нас в аренде, мы отдаем ООО художников. 100% этих площадей сдается в субаренду. Что такое субаренда? Это значит не под основные цели. Николоямская – непосредственно под мастерскую художника, Яузская – непосредственно под мастерскую художника. Старосадский – там много строений. Строение 2 – 88% сдано в субаренду, строение 4 – 32% в субаренду, строение 5 – 71% в субаренду, строение 6 – 41,4%. Это значит, что ООО это вместо того, чтобы размещать художников, организует там нечто другое. Ну я не знаю, может это согласовано с художниками, может быть и нет. Я вам говорю просто фактическую сторону вопроса. Это первая часть вопроса, то есть насколько эти помещения нужны художникам. На это мы получили ответ: художники у нас не коммерческая организация, и им нужно как-то выживать, поэтому они сдают, чтобы зарабатывать деньги на содержание этих зданий. Я просто говорю все как есть, мы же с вами тоже об этом не говорили.
С.В. – Но это только нас не касается.
В.А. – Нет, Савва Васильевич, ваш адрес – Пречистенка – к вам вопросов нет.
С.В. – Нет, мы ничего не сдаем.
В.А. – Теперь что касается состояния конечно большинства из этих объектов. Оно очень плачевное. Ну вот, начнем с Пречистенки Саввы Васильевича…
п.Р. – Вот, Валерий Андреевич, строение 2 и строение 7…
В.А. – Да я думаю, вы сами там были и видели все, что там происходит. Ну конечно нужно проводить ремонт, реставрацию, приводить все это в порядок. Мы это показали художникам, Московскому Союзу Художников, который тогда еще возглавлял скульптор, как его фамилия?
С.В. – Это который в Америке живет?
В.А. – Ну да. Ну неважно.
С.В. – Казанский.
В.А. – Да. Казанский. Вот показали ему это – вторая Яузская более-менее нормально.
С.В. – А вот Каретный сарай, где мастерские, у них все в порядке в смысле сохранности.
В.А. – Ну ладно.
М.Ф. – У них все прилично, я вчера ходила там.
С.В. – Нет, Валерий Андреевич, я вам объясню. Мы когда получили флигель, сами делали ремонт. Им все сделал, как сейчас говорят, евроремонт, завод Сухого.
В.А.- Ну я вам все сейчас расскажу. Вот это какой, седьмой?
п.Р. – Седьмой, да-да-да.
В.А. – Вы считаете, что это нормально?
С.В. – Нет, но по сравнению с нами они просто в очень хорошем состоянии…
В.А. – Нет, это не ремонт. Это нужно срочно… Я просто вам рассказываю для чего? Я очень уважаю Савву Васильевича, я всегда за объективное освещение информации, а ваше издание, оно претендует на то, чтобы быть независимым. Да, мы используем действующее законодательство, и со всеми документами нормально все покажем и в суде. Это первое. Я не буду вам рассказывать. Я вам про Старосадский – вы видели, в каком состоянии.
М.Ф. – Нет, я была только вот исключительно…
В.А. – Безобразие полное там, состояние тяжелое, поэтому я говорю: уважаемые господа художники… Где эта последняя докладная на мэра?
п.Р. – Вот, вот здесь.
В.А. – В прошлом году им говорю: надо что-то решать. Есть площади, которые используются непосредственно мастерскими. Есть площади, которые вам не нужны. Давайте будем ставить вопрос перед городом о том, что те площади, которые вам не нужны, мы передадим в аренду тем, кто может их привести в порядок, а за счет этих арендаторов отреставрируем и приведем в порядок те площади, в которых располагаются непосредственно мастерские. Потому что, я понимаю, у Саввы Васильевича денег на то, чтобы привести в порядок, нет.
С.В. – У всех нет.
В.А. – У всех нет. Дальше я говорю: вы не хотите поступить как в некоторых западно-европейских странах, где созданы интересные центры художественного творчества, где построены, выделены земельные участки и где можно процесс посмотреть от самого начала написания картины? Поставить перед мэром этот вопрос. Да, Валерий Андреевич, нам это все интересно. Мы дальше договорились что, учитывая, что этот выставочный центр сидит на Кузнецком Мосту и часть помещений в безвозмездном пользовании, а часть в аренде, учитывая то, что выставки художников должны проводится бесплатно, мы говорим: давайте мы поставим вопрос перед мэром, чтобы передать все в безвозмездное пользование. Они говорят: ну это конечно хорошо, но как мы тогда будем все это содержать? Я говорю: ну, чтобы все это содержать, давайте создадим специализированное государственное учреждение, которое будет сидеть на смете, утвержденной Правительством Москвы. Я говорю: уважаемые господа, вот я прямо написал, что я предлагал в прошлом году. Более того, я получил предварительное согласие от Казанского, пошел к мэру, и мэр все это поддержал. Я писал: «переоформить арендные договора на пользование помещениями, расположенными по адресу: Кузнецкий Мост и Пречистенка, заключенные с ООО МСХ (с этой ООО-шкой), напрямую на МСХ». Что позволит применить льготный коэффициент, потому что у нас в соответствии с порядком ООО – это коммерческая по гражданскому кодексу организация. По организационно-правовой форме. А Союз Художников – это некоммерческая организация, и там минимальная ставка арендной платы для некоммерческой организации.
п.Р. – Для некоммерческой – 1000 рублей в год.
В.А. – 1000 рублей в год. Мэр поддержал. Дальше написал мэру провести по адресу Пречистенка 32/1 строения 2 и 7 за счет бюджета города (помещения, используемые под творческие мастерские) соответствующие реставрационные работы нашими силами, а по Старосадскому расторгнуть договор и решить вопрос размещения тех художников, которые там сидят. Есть же 30% – я написал, что только около 70% сдается в субаренду на Кузнецком Мосту – ну и обязать их все мелкие нарушения устранить. Одновременно с этим поручить Москомархитектуре совместно с Департаментом культуры рассмотреть вопрос создания Московского центра художественного творчества и в этих целях проработать вопрос подбора площадки для строительства здания под размещение этого центра. Указанное предложение мэр 6 июня 2008 года поддержал. Однако после этого МСХ и ООО «Центр хозяйственного обслуживание Московского Союза Художников» изменили свою позицию, и письмом от 7 июля, то есть ровно через месяц, обратились в Москомнаследие с просьбой переоформить договора по Старосадскому с правом сдачи помещений в субаренду, а как альтернативный вариант – рассмотреть вопрос о передаче помещений, в которых сидит Савва Васильевич и все другие художники, нам. На это я им в рабочем порядке сказал: господа, я не могу это сделать, потому что не могу принять этот вариант. Эти помещения непосредственно используются под творческие мастерские. Началась переписка, и вопрос до сегодняшнего дня не решен. И в итоге что мы имеем? Мы имеем непонимание со стороны простых художников, многие из которых – выдающиеся люди. Непонятны попытки освобождения помещений, по которым мы официально позицию не заявляли. Здания, по которым не проводится никаких работ, в результате по-прежнему ветшают и приходят в непригодное состояние. Вот ведь суть вопроса, Савва Васильевич. Вы теперь меня поняли. Я ведь просто с документами. Я никогда не ставил вопрос, и Москва не ставила вопрос…
С.В. – Я знаю об этом.
В.А. – …о том, чтобы освободить мастерские художников. Более того, вы видите, я вам с документами показываю и со справками: и мэр вопрос об этом никогда не ставил. Поэтому вопрос крайне серьезный, и он, конечно, требует решения, как внутри Союза художников, так и на основании обсуждения в нормальной открытой процедуре, по результатам принятия решения городом. При этом я хотел отметить следующее: мы прекрасно понимаем, что художникам нужны помещения для размещения. Но при этом эти помещения должны использоваться в целях, в которых они переданы (под творческие мастерские), а не для извлечения дохода. Если есть проблема с содержанием Союза художников и с содержанием тех помещений, которые у них есть, для этого должен быть сформирован нормальный бюджет, должна быть сформирована нормальная смета, и тогда можно ставить перед правительством Москвы вопрос о том, чтобы разрешить часть помещений использовать для сдачи в субаренду. Но при этом при контроле, чтобы деньги от субаренды шли непосредственно на проведения ремонта по тем мастерским, которые там есть. К сожалению, пока этот вопрос не решен, и мы, конечно, будем ставить вопрос перед Союзом художников, что в этом деле надо наводить порядок.
М.Ф. – Хорошо, скажите, пожалуйста…
С.В. – Можно сначала я поблагодарю? Постольку поскольку мне уже восьмой десяток лет, за всех я отвечать не буду, хотя мне по моей специальности по реставрации и по охране памятников приходится отвечать за большую часть России. В данном случае я говорю о нашем дворе. Вот на Пречистенке понимаете, в чем дело, этот наш двор, он выходит вообще за рамки обычного. То, что сказал Валерий Андреевич, это правильно. Так получилось, что в этом дворе мы сидим уже с 80 года, вот уже 30 лет. До этого большинство из нас сидело в подвале здесь же, между Пречистенкой и Остоженкой. Так случилось, что в наших мастерских одна мастерская – Геннадий Правоторов, народный художник России: он оформил мэру города кабинет в мэрии. Понимаете, что это…
В.А. – Савва Васильевич, можно я перебью вас одну секунду. И вот, уважаемая Марина, вам еще маленький вопрос скажу. У нас срок действия охранно-арендного договора окончился 1 июля 2007 года. С 1 июля 2007 года мы не предприняли никаких действий по выселению Саввы Васильевича и всех этих мастерских в судебном порядке, хотя за это время мы освободили более сотни помещений, и у нас юридическая практика отработана в полном масштабе. Мы это не сделали по одной простой причине: мы понимаем всю ту ответственность, которую город несет перед Саввой Васильевичем и многими другими не менее уважаемыми людьми, которые очень много сделали не только для Москвы, но и для всей Российской Федерации.
С.В. – Более того, когда мы обратились с письмом к мэру, мы получили ответ от Ресина. Он у нас есть. Никаких притязаний на этот двор нет. Мы готовы помогать в реставрации, и даже рекомендовали (как написано в письме Ресина), что когда освободится Каретный сарай, где сейчас живут люди, то тоже его передать, так сказать, в пользование художников, чтоб там, скажем, сделать музей. Этот двор заповедный. Я просто сейчас перечислю. Вот, значит, Правоторов, народный художник России, выдающийся модельер, оформил кабинет мэру. Кто там будет – Лужков или нет, это уже памятник. Мосийчук оформил 8 станций Московского метро.
В.А.- Потрясающие люди.
С.В. – Троянкер оформил любимую книгу мэра Лужкова «Москва моя столица…»
В.А.- Но мы передали не потому, что он мэру что-то оформлял, а потому, что художники -это те люди, которых Москва всегда поддерживала.
М.Ф. – Ну Троянкер там всего полтора года сидит, я знаю.
С.В. – Дальше вот, скажем, у нас мастерская – Зимнох и Алексеева Вера Васильевна, ведущий специалист по воспитанию детей, эстетика. Я тоже, как говорится, не на улице найден. Но дело в другом: этот уголок уже стал заповедным, хотите вы того или не хотите. Что касается поддержания помещений, тогда, между прочим, Юрий Михайлович сказал, что мы поможем сделать. У нас нет денег. Когда выкатили нам вот из Союза Художников – пришли, опечатали все и выкатили суммы – полмиллиона, миллион, я сразу сказал: вы нас спутали с кем-то. Но я вам скажу, пока я жив, мы не сдадимся. Запомните это раз и навсегда. Причем будем действовать в рамках закона. Я вчера (у нас был праздник во дворе выставочный, и снимало Российское телевидение) сказал: «Убрать нас это одно и то же, что снести часть Монмартра в Париже. За нас заступится Президент и Премьер-министр. Я член президентского совета, я доложу Медведеву, если нас тронут. Нам должны помочь, потому что, когда мы умрем, там будут музеи, поверьте …»
В.А. – Марина, Савва Васильевич все очень правильно обозначил. Просто я бы хотел выразить одним словом: все, что происходит, – это внутренняя ситуация, которая сложилась в Союзе Художников. Ситуация, которая не относится к Правительству Москвы, которое помогало, помогает – и позиция не изменилась. Более того, мы настроены на то, чтобы это все привести в порядок даже за счет собственных средств, без участия художников. Но у нас вызывает непонимание, когда другие помещения, памятники уникальные… Съездите на Старосадский, посмотрите: это исторически была центральная штаб-квартира художников, она не вчера появилась, художественный фонд там сидел – и что там теперь происходит…
С.В. – И, кстати сказать, был абсолютный порядок: мы им платили деньги, они их переводили вам – и никаких вопросов не было.
М.Ф. – Валерий Андреевич, наверное, название газеты «Ведомости» сильно пугает, потому что я не пришла кого-то обвинять. Я позвонила Наталье Логиновой, как вы понимаете, именно потому, что надо было начать с нее как с первого представителя – мне надо было понять, в чем ситуация. На данный момент из всего, что сказано, я не понимаю одной вещи. В 2007 году, то есть 2 года назад летом, да? Прекратилась…
В.А. – Закончился срок действия…
М.Ф. – …закончился срок действия вот этой аренды между вами как собственниками и Союзом как арендатором…
В.А.- ООО, не Союзом, а ООО…
М.Ф. – Неважно. Соответственно, получается, что вы сейчас обладаете этими…
В.А. – Нет.
М.Ф. – Но вы ими владеете?
В.А.- По Гражданскому кодексу, если ни одна из сторон не заявила своих прав на прекращение договора, договор считается продленным на неопределенный срок. Поэтому уважаемый Союз Художников, а мы этого не заявили…
М.Ф. – остается арендатором
-В.А. – …остается там, потому что формально в правовом поле все охранно-арендные отношения сохраняются. Почему мы этого не сделали? Именно потому, что сказал Савва Васильевич: потому что там столько уважаемых имен, и мэр принимал это решение сам, о передаче. Так вот взять и сказать нет – нельзя.
М.Ф. – Хорошо, а почему тогда не продлили договор? Потому что никто не вспомнил о нем, или…
В.А.- Нет, вы меня не поняли. Вы попросите ваших юристов, они вам объяснят. Вот у нас с вами есть договор. В договоре указан срок. Любой договор аренды, если мы с вами не отказались, считается автоматически продленным на неопределенный срок до тех пор, пока одна из сторон не заявляет свои права о прекращении. Тогда, в соответствии с Гражданским кодексом, есть определенный срок, по-моему, 3 месяца, они обязаны освободить помещение – либо начинается судебная процедура выселения.
М.Ф. – То есть на сегодняшний момент Москомнаследие, по-хорошему, кроме того, что вы показываете классификации того, что и как рушится, никакого, в общем, отношения к этому памятнику…
В.А. – ну почему…
М.Ф. – ну то есть вы можете заниматься его реставрацией, вы можете расторгнуть договор, но на сегодняшний момент, конкретно при сегодняшних действиях, вы вообще к этой истории с художниками не имеете особого отношения. Или наоборот: вы их не выгоняете. Вы ничего не делаете, чтобы им стало хуже.
В.А.- Да, вот это да: не имеем отношения. Мы обеспокоены тем, что происходит, и тем, что вопросы корректного использования всех помещений Союзом Художников не решены нормальным образом, чтобы позволить произвести необходимые работы. А вообще вы знаете, я хочу сказать, это очень системная проблема, связанная с учреждениями культуры и памятниками, и общественность, в том числе многие общественные движения, сегодня об этом заявляют. C одной стороны, многие учреждения культуры, творческие организации исторически размещаются в памятниках истории и культуры. С другой стороны, в условиях нынешнего экономического периода нашей жизни, конечно же, Савва Васильевич абсолютно правильно отмечает, что средств таких, чтобы обеспечивать содержание (а памятник – это не просто объект недвижимости, а объект недвижимости с определенным статусом), нет, содержание их достаточно обременительно, и эти вопросы не решены. Не решены у нас в целом государстве, в связи с этим и возникают такие ситуации. Вы что думаете, ситуация у Саввы Васильевича какая-то из ряда вон выходящая? Посмотрите на российской территории, в Российской Федерации, в каком запустении у нас находятся многие федеральные памятники, в которых сидят учреждения культуры…
п.Р. – Академия Наук…
В.А.- Академии наук, школы, институты.
С.В. – Вы учтите одно, что эта организация, где мы находимся, я с ней контактирую с семидесятого года, то есть сорок лет. Это единственная организация, у которой не просто мы арендовали это помещение, мой выставочный зал на Бурденко (Института реставрации). Это единственная организация, которая нам всегда помогала. Мы без их специалистов шага не делали. Вот сейчас мне надо покрасить фасад на Бурденко, я пришел, и, если Валерий Андреевич подпишет, мы можем красить. Они нам помогают реально. А это ООО жульническое, я год не мог поймать этого Гришина. Я честно скажу, хотел на него солнцевских друзей наслать, потому что ворует деньги. Нет, ну вот извините, но год я не могу поймать человека. Он от меня скрывался. А что солнцевские, это, между прочим, не хуже, чем кое-кто из официальных. Год он от меня скрывался! Я так ни разу с ним и не переговорил. Что касается наших руководителей, Союза Художников, то вот этот Казанский, который 9 месяцев в году жил в Америке… Я обалдел, как может возглавлять Союз Художников человек, который, когда у нас встал вопрос по скульпторам, они же тоже вели торговище: вы нам отдайте скульпторов, а мы вам сдадим Пречистенку. Я же поймал их за руку. У них понимаете, в чем дело, у них шахер-махеры: «Вы нам оставьте Старосадский а этих мы выбросим». Ну они жулики!
В.А. – Марина, можно я вам скажу следующее. Марина, первое я хочу сказать, что сказал Савва Васильевич. Савва Васильевич потрясающий человек, он в обществе воспринимается достаточно остро, но то, что он сделал для восстановления и вообще всего в области церковной реставрации – я снимаю шапку. Я с таким удовольствием сидел и смотрел вот эти фильмы. И поэтому вы должны это понимать и многие вещи просто не публиковать. Это первое. Второе можно я вам объясню? Изначально я в этом с Саввой Васильевичем согласен: была проработана ублюдочная схема. Ублюдочность ее заключалась в том, что вместо того, чтобы передать Союзу Художников в безвозмездное пользование все это хозяйство, Союз Художников сделал прокладку – ООО. Если бы эта прокладка… Даже цели были благие – сделать хозрасчетное управление, которое занималось бы содержанием всех мастерских, где они сидят. Но если бы была на Союзе Художников открытая смета, перечень работ – вот, например, по всем сдающимся у нас в субаренду помещениям. Вот у нас доходы. Вот анализ состоянии мастерских художников. Вот смета на проведение работ. И все это было бы открыто и прозрачно. Тогда таких бы вопросов не было у художников внутри. Я просто влезаю не в свою компетенцию. А получилось так, что вместо того, чтобы так все цивилизовано сделать, появилось какое-то ООО. И сегодня формально отношения с ООО есть, а мы, Москва, стали заложником этого ООО в отношениях с художниками, потому что действительно у этих художников опять впечатление такое, что якобы Москва их выгоняет.
М.Ф. – Угу.
В.А. – Более того, я еще раз заявлял изначально о том, что Пречистенка – это действительно, как Савва Васильевич сказал, является заповедным уголком именно этих художников, и действительно мемориальная составляющая в будущем их потенциально велика. И мы никогда не ставили вопрос, и более того – мэр это тоже не ставил, а поддержал. Мы всегда говорили, что это надо приводить в порядок. Но мы ставили вопрос: уважаемые господа, если вы хотите что-то сдавать в субаренду, сделайте этот процесс нормальным, чтобы эти деньги тратились непосредственно на цели того, чтобы приводить здания в порядок. Если у вас нет сил создавать все эти коммерческие подразделения, что, я считаю, не свойственная функция художников, тогда честно скажите, сколько нужно денег на содержание Союза Художников и поставьте вопрос перед Правительством Москвы и Российской Федерации о выделении специальных субвенций из бюджета на эти цели.
С.В. – Правильно.
В.А. – Марина, мы вас сегодня пригласили, Савву Васильевича тоже пригласили, я с Саввой Васильевичем имел телефонный разговор и не мог ему подробно с бумагами показать, что реально происходит. Потому что получилось так, что под прикрытием Москомнаследия пытается Союз Художников в виде своего ООО заставить освободить помещения, о высвобождении которых мы не ставили речи. Мы ставили речь о том, что памятники, в которых располагаются художники, ряд используется – ряд не используется. И вы определитесь, что не используется, верните – и тогда Москва готова вложить деньги в реставрацию всего этого хозяйства. Либо сделайте прозрачным у себя процесс и запросите соответствующие бюджетные ассигнования из нашего и федерального бюджета. К сожалению, ничего не сделано, а происходит какая-то непонятная ситуация внутри Союза Художников, где некоторые их действия пытаются трактовать под видом того, что это решение Москомнаследия. Я вам ответственно заявляю, что таких решений не принималось. Более того, это подтверждает и Савва Васильевич. Я вам показал всю переписку.
С.В. – Нет, извините, две недели назад не Москомнаследие опечатало все наши мастерские с тем, чтобы мы через три дня оттуда убирались. Это сделал Союз Художников. Я позвонил Глухову и сказал: художники так не поступают, даже они так с нами не поступают, какое вы имели право опечатать мастерские? Полицейские они что ли?
В.А. – …мы вас очень уважаем
С.В. – Никто мне не позвонил, ничего. Пришли, опечатали мастерские…
В.А. – …вопрос неоднозначный более того, я хочу вам сказать, я готовлю соответствующий доклад в правительство, опять же. Вот почему я так владею ситуацией: потому что мы обеспокоены этой ситуацией, обеспокоены тем, что происходит, и, конечно же, нужно решать. К сожалению, в этом году эта ситуация осложняется, в общем экономическая ситуация очень тяжелая в стране, и, конечно, деньги даже дополнительные изыскать на реставрацию достаточно затруднительно. Но, тем не менее, мы все равно готовы принимать вместе с Союзом Художников обсуждения всех возможных вариантов. А с моей стороны, как уже молодого руководителя Москомнаследия, которому не безразличны художники и архитектура, я бы считал (и считаю вообще до сих пор): если когда-то сложится ситуация, желательно было бы выделить земельный участок и создать центр, где весь процесс производства можно было бы смотреть, где были бы нормальные, современные, светлые мастерские, где были бы соответствующие учреждения питания и какие-то выставочные центры, где можно было бы приходить с ребенком и погрузиться на целый день…
С.В. – Это правильно, для молодых художников…
В.А. – …да, на целый день. Процесс приобщения к написанию картины, что очень важно, потому что, к сожалению, я всегда говорил и говорю: у нас в нашем образовании и воспитании традиционно был крен в сторону литературоведения, а вопросы, связанные с архитектурой, с художествами, все были упущены. Поэтому сегодня нам, к сожалению, приходится решать вот эти вот вопросы, которые иногда задают относительно того, что же у нас происходит с исторической средой. С исторической средой происходит то, что у нас, к сожалению, большинство архитекторов, которые закончили МАрхИ, сегодня исходят не из профессионального чувства ответственности за историческую среду, а из чувства прокладывания под клиента, заказчика с точки зрения объемов и всех других вещей. Я был потрясен интервью, которое дал Швидковский Дмитрий Олегович, ректор МАрхИ, «Ведомостям» недели 3 или 4 назад, и очень внимательно его прочитал. В нем он действительно призвал воспитывать культуру архитектора, культуру отношения…
тогда у нас будет меньше проблем, а больше будет всего общего, и наше историческое наследие – это задача общая для всех. Поэтому сейчас на базе МАрхИ, скажу вам по секрету, сейчас прорабатываем с Швидковским вопросы создания специализированной кафедры «Московская школа научной реставрации», под которую Правительство Москвы будет выделять помещение, а МАрхИ будет выделять соответствующих специалистов. Инициатором всего этого выступает кабинет дублеров не нашего правительства, а уже кабинет дублеров Москомнаследия в лице с моим дублером и советником, которые как раз эту идею продвигают. И основная цель – привить чувство (ответственности).
С.В. – Я вам только одну секундочку в развитие темы, для кого кризис, а для нас мать родная. Вот то, что сейчас кризис, я уверен, что нам легче выкарабкаться. Я выступал недавно в Общественной палате на пленарном совещании, меня пригласил Валера Фадеев, редактор «Эксперта», он там возглавляет блок экономический… Было пленарное заседание, и я семь минут имел сказать о кризисе культуры. Я начал свое выступление с того, что я сказал, я не понимаю, что такое кризис. Я принадлежу к той части российского общества, которое двадцать пять перестроечных лет живет в условиях суперкризиса. За 25 лет моя зарплата академика, увенчанного всеми званиями, с двух с половиной тысяч рублей выросла до шести тысяч рублей, и я столько получаю в институте. Это не кризис, это суперкризис, но нас это не очень волнует. Вот если нам не будут мешать, мы дети войны, мы привыкли жить в тяжелых условиях, мы все сделаем. Я даже возрадовался кризису. С каким-нибудь Стёпой я справлюсь, а какой-нибудь придет там бордельчик сделать, и все сделает, а в условиях кризиса у них на это денег нет. Поэтому мы свои дома приведем в порядок, я найду спонсоров, нам сделают, нам помогают не олигархи богатые, а предприниматели, которые немножко зарабатывают. Они с нами делятся. Мы приведем свои дома в порядок. Я уверен, что и Москомнаследие нам поможет.
В.А. – Конечно, обязательно.
М.Ф. – … как вы воспринимаете вот когда, как вчера, просто художники устроили свою выставку во дворе: телевидению было что снять, мне будет что написать … Как вы относитесь в принципе к таким акциям, когда против каких-то чиновничьих так или иначе действий противопоставляются какие-то общественные акции?
В.А. – Марина, ну первое: это же не чиновничье действие, ну вы же…
М.Ф. – …ну я имею в виду, ну хорошо, я не знаю, как назвать людей, которые работают …
В.А. – …Марина, вы уже знаете, можно сказать, эту ситуацию мы уже всю прояснили. Это Союз Художников. Вы знаете, мне вообще в силу моего возраста посчастливилось – Савва Васильевич, у него, конечно, богатая история, а мне посчастливилось жить при социализме, мне посчастливилось жить в период краха социализма, в период непонятного становления рыночной экономики и в период уже развития рыночной экономики. Так вот, вы знаете, что я для себя вынес? Я много читал, и я защищался. Марксизм-ленинизм и философия, основы коммунистической нравственности и остальное я изучал много раз, сдавая их на разных стадиях. Вы знаете, у нас всегда история почему-то основана на противопоставлениях, на конфликтах и на противоречиях. Я отношусь ко всем движениям абсолютно уважительно и с пониманием, потому что если все движения, любые, нацелены на нормальные цели, есть цели настолько масштабные, что требуют усилия всех сторон, – это нормально. Но когда это происходит только чисто для того, чтобы где-то продвинуть какие-то свои цели, либо связанные с личным пиаром, либо связанные с решением каких-то политических задач… А у нас вот если посмотреть, мы внимательно анализируем медийное пространство, у нас всплески всегда происходят накануне каких-то политических событий, как правило, избирательных компаний …
М.Ф. – У нас и Манежи горят, извините меня…
В.А. – Нет, вы знаете, я вас прошу быть очень деликатной, потому что ваша фраза может быть интерпретирована неправильно, да и причину могут установить у нас только соответствующие органы, которые компетентны. Так вот, сейчас опять расширяется полемика, и мы приветствуем, мы работаем со всеми общественными движениями, и особенно мне приятно, потому что вместе с Саввой Васильевичем я являюсь членом президиума Всероссийского общества по охране памятников и одним из тех, кто выступал вместе с Саввой Васильевичем на тему того, что нужно что-то менять в этом Всероссийском обществе охраны памятников…
С.В. – а мы уже и меняем с помощью Павла Анатольевича…
В.А. – … и к нашему счастью, с этого года, с конца прошлого года начались радикальные действия по… действительно, по изменению всей этой ситуации…
С.В. – по возрождению…
В.А. – по этому возрождению. Поэтому и любые другие общественные движения мы тоже приветствуем, и многие из тех, кто сегодня участвует, являются авторами публикаций, публикуются в нашем журнале «Московское наследие». Где-то с ними мои точки зрения не совпадают, где-то у нас общее, но только через дискуссию рождаются какие-то общие правильные векторы движения. Поэтому мы относимся нормально, и более того, я хочу сказать: сегодня утром у меня был представитель Союза Художников, фамилию забыл, художник известный. Мы совместно с Союзом Художников по поручению мэра проводим совместную выставку в дни Москвы. Картины «историческая Москва», памятники истории и архитектуры в картинах московского художника, которая будет происходить на Кузнецком Мосту…
С.В. – это не Куваньков случайно?
В.А. – я не помню его фамилию, мне приходили показывали ее модель.
С.В. – Старый – это Евгений Иванович Куваньков.
В.А. – Ну, наверное, такой очень талантливый, интересно очень сделано все, я сегодня согласовал все это, поэтому мы всегда выступаем…
С.В. – …а что касается выступления, видите ли, в чем дело, я не был баловнем тоталитарного режима, я боролся тогда больше, чем сейчас, но тогда нам давали слово. В эти перестроечные годы все медийные пространства заняты болтунами, нам не дают слова. Вот это вот хорошо, что меня пять лет назад вытащил за уши Добродеев, и дают нам слово. И осенью на уровне правительства, самое главное, будет решаться вопрос о разделении пополам этого медийного пространства…
В.А. – Марина, я на самом деле вам очень благодарен, но в тоже время у меня закончилось…